Бокс и инсульты

Что нужно знать о предотвращении и лечении инсульта

Бокс и инсульты

В 2017 году почти 428 тысяч россиян перенесли инсульт, больше 136 тысяч умерли от него. С 2008 по 2016 год количество взрослых, у которых острое нарушение кровообращения головного мозга случилось впервые в жизни, увеличилось на 25%.

Однако несмотря на столь серьезную ситуацию в России, для большинства болезнь оказывается полной неожиданностью. Сразу понять, что делать, когда диагноз из далеких новостных лент и сводок статистики внезапно становится частью собственной жизни, удается не каждому.

“Отец пришел вечером с работы, начал вешать куртку и упал плашмя, — рассказывает москвичка Лилия. — Мы даже не поняли, что с ним случилось — непонятные действия рук и ног, на вопросы он уже не отвечал”. Семья вызвала скорую.

Врачи приехали очень быстро. 68-летнего мужчину доставили в реанимацию Городской клинической больницы №4, где он провел четверо суток. Диагноз Романа — инсульт невыявленной этиологии. “Что стало причиной, неясно. Через 16 дней отца выписали домой. Врачи спасли отца, но что делать дальше — стало полностью нашей проблемой”, — продолжает Лилия.

В какой-то момент впадаешь в отчаяние, когда кажется, что все. Надо, чтобы была опора, которая дает надежду и помощь, — друзья, любимые люди, психологи. Без этого просто не выживешь

Татьяна

мать Петра Буравцева, перенесшего инсульт

Квартира семьи оказалась совсем не приспособлена для пребывания фактически парализованного Романа.

Пациенту, перенесшему инсульт, нужна не только коляска для передвижения, но и техника для реабилитации: многофункциональная кровать, ходунки, ортезы, а также переносной туалет, средства гигиены. “Мы столкнулись с тем, что у нас не было ничего.

Все добывали сами, — говорит Лилия. — Средства гигиены покупали мы, а ходунки, кровать отдали неравнодушные люди. Так собрали средства на первое время”.

В подобной ситуации оказываются практически все, чьи близкие пережили инсульт. Проблема в том, что обратиться за помощью для покупки необходимого оборудования в благотворительные фонды можно, только если есть справка об инвалидности.

“Но в районной поликлинике нам сказали, что подать документы на оформление инвалидности можно лишь через четыре месяца после инсульта, — говорит Лилия. — Именно такой срок дается на реабилитацию.

И уже по итогам реабилитации медико-социальная экспертиза устанавливает инвалидность”.

Я сама работаю в благотворительности, но, когда это случилось у нас, не было четкого понимания, куда бежать и что делать

Лилия

дочь Романа, пережившего инсульт

Единственное, на что перенесший инсульт, но еще не оформивший инвалидность человек может претендовать бесплатно, — двухнедельная реабилитация в государственном центре. Так что в начале ноября Роман Михайлович начнет реабилитационный курс после инсульта по направлению, которое ему выписал невропатолог из районной поликлиники в рамках программы по борьбе с инсультом.

После оформления инвалидности отец Лилии получил индивидуальную программу реабилитации (ИПР). За прошедший после инсульта год Роман достиг положительных результатов и вернулся к обычной жизни. Лилия считает, что причина — в вовремя оказанной помощи. Скорая приехала быстро, а реабилитацию врачи больницы начали проводить уже в первые дни после инсульта.

Время — главный враг инсульта

По словам специалистов, чем раньше началась реабилитация после инсульта, тем больше шансов на успешное восстановление. “Есть методы реабилитации уже с первых часов, чем раньше их начать, тем лучше будет результат, — говорит врач высшей категории, невролог Кирилл Родионов.

— В первые часы и дни нужно лечить положением. Особым образом укладывать пораженную руку, ногу. Затем — массаж, ЛФК, лекарства. Результат реабилитации зависит от тяжести инсульта, скорости и грамотности оказанной помощи.

Вполне возможно бывает полное восстановление состояния пациента”.

Петру Буравцеву повезло меньше, чем Роману Михайловичу. Когда у 23-летнего выпускника геологического факультета МГУ случился инсульт, он вместе с близкими проводил выходные на даче в Подмосковье. “Петя сам дошел до дома, сам вызвал скорую помощь, — вспоминает его мать Татьяна. — Состояние ухудшалось и ухудшалось. Мне казалось, что врачи едут очень долго, и я перезванивала много раз”.

Когда молодого человека довезли до больницы в подмосковный город Домодедово, компьютерная томография подтвердила инсульт. “Врач больницы сказал, что сейчас суббота, нейрохирурга у них нет. И вообще, если мы москвичи, то лучше везти Петю в Москву”, — продолжает Татьяна.

На вопрос, как везти, в больнице посоветовали вызвать платный реанимобиль. Когда Петра удалось доставить в Институт нейрохирургии имени Бурденко, было уже 19:30. С момента инсульта прошло больше восьми часов.

“Нам не повезло, слишком долго нас возили. Привезли Петю уже без сознания. Две недели сын находился в коме”, — говорит Татьяна.

В больнице выяснилось, что у Петра врожденная патология сосудов головного мозга — артериовенозная мальформация (АВМ), при которой артерии и вены мозга переплетены в клубок. По словам врачей, зачастую человек всю жизнь может не подозревать о своем заболевании, а узнает о нем только в глубокой старости.

“Когда Петю выписывали, состояние было, конечно, ужасное, — вспоминает Татьяна. — Он даже не мог сам поднять голову. После кровоизлияния была поражена левая сторона, но правая часть тела тоже двигалась с трудом”.

Так солист и гитарист двух музыкальных групп, молодой геолог, который только начал заниматься инженерно-геологическими изысканиями строительства метро, начал учиться жить по-другому. Сейчас Петру 27 лет.

Чтобы восстановиться, он ежедневно занимается дома и периодически ездит в реабилитационные центры — раз в год бесплатный курс реабилитации предоставляют органы соцзащиты, в остальном помогают благотворительные фонды и друзья.

“Курс реабилитации стоит 15–17 тысяч рублей в сутки. Те, у чьих близких есть такие средства, лежат там годами. Но это не наш случай, — говорит Татьяна. — У Пети очень хорошие друзья.

Они и помогают собирать деньги на лечение, и поддерживают психологически: часто приезжают к Пете, продолжают общение с ним. Есть медленные, постепенные улучшения.

Мы стараемся, чтобы Петя не чувствовал себя оторванным от жизни — ходим в театр, музей, были в фан-зоне Чемпионата мира по футболу”.

Остается только догадываться, шло бы восстановление Петра быстрее, если бы инсульт произошел не на даче, а в Москве и ему сразу оказали необходимую помощь.

“Если быстро доставить человека в специализированный стационар, прогноз лучше, — говорит Кирилл Родионов. — Терапевтическое окно, когда врачи смогут помочь пострадавшему от инсульта, составляет 4,5 часа”.

Куда обращаться при инсульте?

В то время как пациентам требуется быстрая помощь врачей, их близкие не меньше нуждаются в поддержке.

“Я сама работаю в благотворительности, — рассказала Лилия, — но, когда это случилось у нас, не было четкого понимания, куда бежать и что делать”.

С ней согласна мать Петра Татьяна: “Главной проблемой для меня было отсутствие информации — в поликлиниках таких инструкций нет. Нужно знать, что есть соцзащита, фонды, куда надо подавать документы”.

Татьяна отмечает, что семья заболевшего нуждается не только в информационной, но и в психологической помощи: “В какой-то момент впадаешь в отчаяние, когда кажется, что все.

Надо, чтобы была опора, которая дает надежду и помощь, — друзья, любимые люди, психологи. Без этого просто не выживешь”.

По данным 2016 года, только 18% людей в России при инсульте сразу вызывают скорую, по Москве этот показатель — 24%. Но это ничтожно мало!

Екатерина Милова

директор фонда по борьбе с инсультом ОРБИ

В России такую помощь семьям оказывает фонд по борьбе с инсультом ОРБИ. Позвонив на бесплатную горячую линию 8-800-707-52-29, можно узнать, что делать дальше.

Как рассказали ТАСС специалисты фонда, примерно 60% обратившихся интересуются перспективами восстановления после инсульта, общим сведениями о болезни, спрашивают о методах ухода в больнице и на дому, о подготовке домашней среды для маломобильного пациента, получают советы о критериях выбора центра для реабилитации и о профилактике повторного инсульта.

Помимо ответов на медицинские вопросы, сотрудники фонда рассказывают, как и куда стоит обратиться. “Мы рассказываем, как и когда оформлять инвалидность после инсульта, чем могут помочь районные центры соцзащиты, к каким специалистам еще нужно обратиться в конкретном случае”, — пояснила врач фонда Ася Доброжанская.

“В ОРБИ очень помогли, сориентировали по действиям”, — говорит Лилия.

Татьяна узнала про фонд ОРБИ в 2015 году от друзей сына. Фонд оплатил курс реабилитации Петру, а также оказал ей психологическую поддержку.

Стереотипы с летальным исходом

Зачастую сами пациенты уменьшают свои шансы на спасение, затягивая с вызовом врачей. “По нашему опыту, мало кто звонит в скорую, если начинает плохо себя чувствовать, — отмечает директор фонда ОРБИ Екатерина Милова.

— Принято думать, что, если подскочило давление, можно отлежаться, попить сладкий чай. По данным 2016 года, только 18% людей в России при инсульте сразу вызывают скорую, по Москве этот показатель — 24%.

Но это ничтожно мало!”

Не последнюю роль играет и тяга россиян к самолечению: сходить за таблеткой к соседке, поискать в интернете, ставить капельницы для очищения сосудов. В то время как единственное, что нужно сделать при первых признаках инсульта, — вызвать скорую помощь. 

“Еще жива порочная практика, при которой таблетки для нормализации давления пьют, только когда оно уже повысилось, — говорит врач Кирилл Родионов. — Правильно регулярно пить подобранную схему.

Лекарства от давления пьются не для того, чтобы его снизить, а для того, чтобы оно держалось на приемлемом уровне”. По словам врача, из-за нерегулярного приема препаратов, возможно колебание цифр артериального давления от слишком высоких к слишком низким.

На таких колебаниях риск получить инфаркт или инсульт возрастает. 

Зачастую окружающие не оказывают помощь человеку с инсультом. Нарушение кровообращения в мозге путают с алкогольным опьянением: человек шатается, бессвязно говорит, не реагирует на вопросы. Поэтому важный момент при борьбе с инсультом — быть внимательнее не только к себе, но и к окружающим.

“Есть принятый во всем мире FAST-тест, который поможет понять, что это инсульт, — говорит Екатерина Милова. — Зная эти симптомы, люди уже не проходят мимо”.

Макеты FAST-теста (Face Arm Speech Test, что в переводе значит “лицо-рука-речь-тест” — прим. ТАСС) фонд бесплатно передает всем желающим — краткими инструкциями можно поделиться с коллегами или повесить в подъезде.

Врачи не устают повторять — инсульт можно предотвратить, достаточно только прислушиваться к своему организму. В группе риска — страдающие от гипертонии, ожирения, сахарного диабета.

“Чаще всего мы говорим на приеме про три кита: давление, пульс, холестерин, — рассказывает невролог Кирилл Родионов. — Если эти параметры в порядке, риск значительно меньше”.

Также в эту группу попадают люди с врожденными патологиями сосудов головного мозга. Внутримозговое кровоизлияние происходит даже у детей. Как сообщили ТАСС в Минздраве России, в 2016 году 84 ребенка в возрасте до 17 лет пережили инсульт.

Самый простой и безопасный способ выявить врожденную патологию сосудов головного мозга — сделать KT/МРТ.

Но есть и другой вид инсульта, который развивается у изначально здоровых людей. И если раньше такой “приобретенный” инсульт считался болезнью пенсионеров, то сейчас медики обеспокоены — инсульт стремительно молодеет. По данным Минздрава, количество людей в возрасте от 20 до 44 лет, перенесших инсульт, с каждым годом увеличивается в России на 0,5%.

“Многие работают в высоком темпе, — комментирует Кирилл Родионов. — Ложатся поздно, встают рано. Отсутствие сна — для организма фактор стресса. При этом, когда человек мало отдыхает, он близко к сердцу принимает внезапные ситуации и по работе, и по жизни”.

Врачи оспаривают существующий миф, что после первого инсульта неминуемо произойдет второй. “Первый инсульт — серьезное предупреждение о том, что пора поменять свой образ жизни, — уверен Родионов. — При соблюдении всех рекомендаций врачей инсульт можно отложить в необозримое будущее”.

Борьба с инсультом в России

На данный момент в стране выстроена система экстренной специализированной медицинской помощи — открыто более 609 сосудистых центров, где применяются современные технологии ведения больных со сложными состояниями.

Этим во многом объясняется незначительное снижение в России смертности от инсульта. По данным Минздрава России, за 2017 год от инсульта умерли больше 136 тыс. россиян, из них 21 193 человека трудоспособного возраста (больше 4 тыс. женщин в возрасте 16–54 года, почти 17 тыс. мужчин — 16–59 лет).

Однако количество пациентов, которые впервые перенесли острое нарушение мозгового кровообращения за 2008–2017 годы, в России увеличилось.

О профилактике инсульта мы попросили рассказать врача фонда ОРБИ Асю Доброжанскую

1. Если у вас стоит диагноз “гипертония”, контролируйте артериальное давление, измеряя его дважды в день и записывая в тетрадь. На прием к врачу эту тетрадь необходимо взять с собой. Записи скажут больше, чем тысячи слов.

2. Прописанные врачом препараты от давления необходимо принимать так, как они назначены, не изменяя самовольно дозы и лекарства, а главное — не делая пауз в приеме.

3. При сахарном диабете риск инсульта возрастает многократно. Защита — контроль уровня сахара и соответствующая диета.

4. Если вы курите — самое время бросить. Курение значительно повышает хрупкость сосудов, заставляя их терять эластичность и делая их ломкими.

5. Людям старше 50 лет один раз в год нужно сдавать анализ крови на липидный профиль. По результатам анализа врач либо скажет вам, что вы в безопасности, либо назначит диету или препараты, снижающие уровень холестерина в крови.

6. В возрасте старше 55 лет нужно сделать УЗИ сосудов шеи (УЗИ БЦА). Если там будет обнаружено сужение сосудов, обсудите с врачом лечение. Возможно, что вам будет предложена операция. Сужение сосудов на 50% и более означает, что вы в серьезнейшей группе риска по инсульту. Не пренебрегайте этим — само не пройдет.

7. Давайте себе регулярную физическую нагрузку. Нет времени посещать бассейн — ходите со скандинавскими палками, гуляйте, катайтесь на велосипеде. Не хочется в холодную погоду выходить из дома — приобретите беговую дорожку и ходите дома. 30 минут простых физических упражнений в день могут уберечь вас от страшной болезни, делающей человека инвалидом.

Продолжение

Источник: https://tass.ru/obschestvo/4680108

У всех боксеров мозги травмированы

Бокс и инсульты

Боксеры регулярно получают тяжелые удары по голове. Насколько опасны такие потрясения для их здоровья? Это зависит от различных факторов. Профессиональные боксеры рискуют здоровьем намного сильнее, чем спортсмены-любители.Двое боксеров приплясывают на ринге, наклонив головы вперед, а руками защищая лица.

Потом один из них перестает защищаться, чтобы нанести противнику удар справа — но тот в этот момент бьет сам, и его перчатка весом в 350 граммов попадает первому по носу, левому глазу и лбу. Да, такой мощный удар по лицу — это не для неженок.При этом сначала травмируется кожа, затем мясо и, наконец, кость.

Если бы у боксера не было во рту капы, то он запросто мог бы лишиться нескольких зубов. Вот травмы, которые в таких случаях можно получить: перелом носа, деформация глазного яблока, перелом верхней и/или нижней челюсти, а также различные рассечения.

При ударах по мягким тканям обычно происходят разрывы или надрывы мышц на шее — вследствие резких движений головы с большой амплитудой. В худшем случае может дойти до ушиба головного мозга и кровоизлияния. Постоянные удары могут привести к черепно-мозговым травмам.

Многие считают, что боксеры по окончании спортивной карьеры всю жизнь страдают от повреждений мозга, полученных на ринге. Оно и понятно: если день за днем подставлять голову под удары, то это не может остаться без последствий.

В действительности, согласно неврологическим исследованиям, до 20 % профессиональных боксеров страдают от рецидивов полученных травм головы — заболевания под названием Dementia pugilistica, более известного как «боксерское слабоумие». Регулярные сотрясения мозга могут серьезно повредить серое вещество.

Последствия могут оказаться фатальными: когнитивные способности слабеют, и в итоге может начаться деменция.Риск следует оценить, исходя из следующих факторов: развитие карьеры спортсмена в целом, возраст, в котором он закончил карьеру, а также общее количество проведенных им раундов на ринге. В большей степени это касается профессиональных боксеров и в несколько меньшей степени — любителей.


Строгий контроль в любительском боксе

Председатель врачебной комиссии Швейцарской федерации бокса (Swiss-Boxing), доктор Джеффри Делмор (Geoffrey Delmore) обращает внимание на значительную разницу между любительским и профессиональным боксом: «Потенциал риска травм головного мозга в любительском боксе намного меньше. Ведь у профессионалов главной целью является отправить противника в нокаут.

Среди любителей бой оканчивается, как правило, “техническим нокаутом” при проявлении малейших признаков помутнения сознания у спортсмена. В профессиональном же боксе судьи обычно позволяют продолжать бой дольше».Трудно сравнивать и правила боя среди профессионалов и любителей: у профи он длится 12 раундов по три минуты.

Таким образом, нагрузка на организм гораздо больше, чем в любительском спорте, где бой состоит из четырех раундов по две минуты или из трех по три. В профессиональном женском боксе поединки короче: там каждый раунд длится лишь две минуты, а бой за чемпионский титул состоит из десяти раундов.

Делмор, на протяжении 20 с лишним лет работавший врачом в сфере любительского бокса, обслужил в общей сложности около 500 поединков, в том числе и несколько на профессиональном ринге. «За всю свою карьеру я ни разу не сталкивался с серьезными травмами среди любителей», — говорит он.

В среднем лишь каждый сотый поединок заканчивается настоящим, а не «техническим» нокаутом.«Любители находятся под постоянным контролем до поединка и во время боя. После нокдауна их обязательно сразу подвергают неврологическому обследованию», — говорит Делмор.

В студенческие годы он сам занимался боксом и даже считает его полезным видом спорта, развивающим, в частности, выносливость. В любительском боксе, по его словам, есть строгие правила и жесткий контроль. Так, к примеру, спортсменам положено быть гладко выбритыми, чтобы предотвратить возможные раздражения кожи лица после пропущенных ударов.

В любительском боксе, по словам Делмора, почти не бывает смертельных исходов. А в случае сотрясения мозга боксеру запрещается выходить на ринг в течение трех месяцев.Делмор указал также на результаты исследования, в ходе которого не было выявлено прямой связи между любительскими занятиями боксом и рецидивирующими травмами головного мозга.

Вопрос стиля

Чемпион Швейцарии среди любителей Давид Фарачи (Davide Faraci) также считает любительский спорт неопасным для здоровья. «Любительские перчатки имеют более мягкую поверхность», — говорит он. У них мягкая прокладка, которая, по его словам, вдвое толще, чем у профессиональных, и лучше амортизируют удары.«Конечно, удары по лицу не могут быть полезными.

Но то, сколько ударов боксер пропускает, зависит от его стиля ведения боя. Я соблюдаю технику и стараюсь уклоняться от ударов соперника», — объясняет Фарачи свою тактику.

23-летний спортсмен уже полжизни занимается боксом и не может вспомнить у себя сколько-нибудь серьезных травм: один раз ему сломали нос, один раз у него было легкое сотрясение мозга, и еще дважды случались разрывы сухожилий. Но Давид Фарачи признался, что познакомился со многими бывшими профессионалами, у которых случались проблемы с памятью и внимательностью.

Большинство из них были из бедных стран с низким уровнем жизни, поэтому они были вынуждены участвовать в турнирах ради призовых денег, не обращая внимания на собственное здоровье, заметил Фарачи.

35-летняя профессионалка Ания Секи (Aniya Seki), бывшая чемпионка мира и чемпионка Швейцарии 2006 года, уже неоднократно получала сотрясение мозга и бывала вынуждена делать перерывы в занятиях боксом. «Иногда я допускаю ошибку и рвусь в ближний бой, в котором чаще случаются удары головой. Тренер ругает меня за это», — говорит она.

Вообще-то, Секи, по ее словам, старается избегать таких ситуаций, предпочитая отступать и обороняться. Так она получает меньше ударов. Ответственность за защиту собственного тела она возлагает только на себя. «Сейчас у меня чаще болит голова, чем до начала боксерской карьеры», — признается Секи. В то же время она не испытывает страха, хотя и воспринимает бокс со всей серьезностью. Так, недавно она на протяжении довольно долгого времени тренировалась в Мексике, и за это время на ринге умерли целых три боксера.

Ненужная защита?

В последнее время правила в любительском боксе стали несколько менее жесткими. Так, спортсменам теперь разрешено не надевать шлемы, которые обязаны носить лишь юниоры. «Исследования свидетельствуют о том, что потенциал риска от этого не изменяется», — объясняет Делмор. Однако боксеры должны понимать, что становятся более уязвимыми для ударов соперника.

На тренировках большинство из них по-прежнему выходят в шлемах.Давид Фарачи приветствует отмену обязательного ношения шлемов. «Без шлема чувствуешь себя свободнее и лучше видишь, что происходит вокруг», — утверждает он. «Шлем часто съезжал в сторону и мешал. А без шлемов некоторые боксеры ведут бой аккуратнее, потому что удары бывают более жесткими».

Возможно, однако, что без шлемов у спортсменов увеличится количество рассечений, полученных при столкновениях головами. Впрочем, вскоре вступит в силу новое правило: с января 2015 года все боксеры будут обязаны наносить на лицо защитный силиконовый крем, благодаря которому неизбежные рассечения будут хотя бы не такими глубокими.

Доктор Джеффри Делмор обращает внимание на то, что в США и Великобритании этот крем давно уже используется.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Читайте нас ВКонтакте и будьте в курсе происходящих в мире событий. Tweet

Агрегатор новостей 24СМИ

Источник: https://inosmi.ru/world/20141104/224004439.html

Транзитная ишемическая атака предупреждает о возможности инсульта

Бокс и инсульты
Знаете ли вы, что жизнь руководителей трех государств, разгромивших фашистов в ХХ веке, унесла одна и та же болезнь? Президент Америки Франклин Рузвельт и лидер СССР Иосиф Сталин ушли в мир иной после обширного кровоизлияния в мозг. Премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль перенес серию микроинсультов. И хотя у каждого правителя своя наследственность, их жизнь оборвалась по одной и той же причине…

Грозное предупреждение

Инсульт, увы, косит всех без разбору. Тут как в боксе: вначале атака, потом удар. И хотя считается, что катастрофа сосудов происходит внезапно, у заболевания есть свои предвестники.

— Это транзиторные ишемические атаки, или микроинсульты, — вносит ясность доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой неврологии и нейрохирургии БелМАПО Владимир Пономарев. — По сути, это грозное предупреждение человеку о том, что у него проблемы со здоровьем.

Через некоторое время в том же месте возможна закупорка сосуда или его разрыв, а это уже инсульт. Если не лечить гипертонию, не обращать внимания на высокий уровень “вредного” холестерина и сахара в крови, рано или поздно придется столкнуться с тем, что разовьется транзиторная, или преходящая, ишемическая атака, — предупреждает специалист.

— Вас должны насторожить такие симптомы, как нарушение речи, двигательных функций в руке или ноге, беспричинная интенсивная головная боль, резкое головокружение, обморочное состояние. Если удастся вовремя и правильно отреагировать на первые звоночки, иногда можно избежать большого инсульта.

Ведь очень важно, чтобы все эти симптомы ушли в течение 24 часов. А если состояние человека не меняется, впору бить тревогу — это инсульт.

Профессор обращает внимание на то, что все перечисленные симптомы не всегда проявляются в совокупности.

Например, у человека становится затрудненной речь, и ничего больше — это серьезный симптом, который требует немедленного обращения к врачу.

Или появляется резкое головокружение на фоне нормального или повышенного давления, происходит частичная потеря зрения или слуха, двоение в глазах — в таком случае тоже нужно поспешить за медицинской помощью.

Понятно, что все эти проблемы не возникают на пустом месте. Есть немало причин, которые обычно и запускают механизм развития транзиторной ишемической атаки.

Не более чем заблуждение

— Наши пациенты довольно часто говорят: мол, Черчилль пил и курил, напряженно работал по 14—16 часов в сутки и прожил долгую жизнь — умер в 93 года. Но такой наследственностью могут похвастать далеко не все, —  замечает профессор. — И даже признанного здоровяка Черчилля тоже одолел инсульт.

worldofmods.ruС сайта worldofmods.ru скачать моды проще простого. У них всё по категориям разбито и фильтры еще есть.

Проблема в том, что когда человек, перенесший транзиторную ишемическую атаку, не придает ей значения, вероятность развития инсульта возрастает. Где тонко, там и рвется.

Идем на опережение

Но возможно ли, чтобы за атакой не последовал удар?

Профессор Пономарев отвечает утвердительно. Правда, уточняет специалист, придется выяснить, какой фактор риска привел к этому состоянию.

Если виновник — высокое артериальное давление, то его снижают, но не до нормального уровня, а того, который был до микроинсульта, плюс 10 мм ртутного столба.

С другой стороны, резкое снижение давления чревато нехваткой кислорода, которую начнет испытывать мозг, предупреждает профессор Пономарев. В таком случае инсульт разовьется не из-за высокого, а уже из-за низкого давления.

По мнению врача-невролога, прием препаратов, контролирующих артериальное давление, не должен быть жесткой константой. Ориентироваться нужно на свое самочувствие. Есть такое понятие, как целевое артериальное давление. Если давление ниже целевого, пациента будут донимать шум в голове, головокружения, головная боль, возникнут провалы в памяти.

Нельзя бездумно снижать и холестерин в крови.

— Уровень общего холестерина не является фактором, с которым следует бороться, — предостерегает от ошибок лечения специалист. — Холестерин состоит из двух фракций — “полезной” и “вредной”. Первая необходима для обеспечения работы печени, выработки половых гормонов. Вторая формирует атеросклеротические бляшки внутри сосуда.

Прежде чем браться за лечение, сделайте анализ крови на липидный профиль. Уровень липопротеидов низкой плотности высок? Начинайте борьбу с помощью диеты, физических нагрузок и препаратов группы статинов. А просто снижая холестерин можно довести, например, мужчин даже до импотенции.

Необходим и прием препаратов-антиоксидантов, улучшающих мозговой кровоток, помогающих клеткам сердца и головного мозга брать из крови больше кислорода.

— Нужно ли принимать аспирин для разжижения крови и борьбы с тромбами? — интересуюсь у специалиста.

— Во всем мире один из доказанных способов профилактики транзиторных ишемических атак и инсульта — прием препаратов аспиринового ряда: аспирин, кардиомагнил и т. д.

Но применять их можно, если нет проблем с желудком, повышенной свертываемости крови, — предупреждает доктор.

— Если пренебречь этим, можно заработать такие грозные осложнения, как язва желудка, язвенное кровотечение, столкнуться с другими проблемами.

Лекарство на тарелке

Для профилактики транзиторных ишемических атак и инсульта важно придерживаться и рационального питания с преобладанием в рационе рыбы, овощей и фруктов, оливкового масла и красного вина.

— Лет тридцать назад в Скандинавских странах заболеваемость инсультами была довольно высокой, — приводит пример профессор. — В пище населения преобладали жиры, люди употребляли много поваренной соли, алкоголя и т. д. Тогда была принята национальная программа борьбы с инсультами. Переоснастили медучреждения, широко внедрили тромболизис — метод растворения тромбов.

Вторую часть средств направили на профилактику. Координаторы программы позаботились о том, чтобы производители добавляли в продукты меньше жиров, поваренной соли и сахара.

Результат: сегодня в Скандинавских странах самые низкие показатели по транзиторным ишемическим атакам и инсультам — наиболее распространенным болезням цивилизованного общества, которые уносят жизни людей.

В мире смертность от инсультов и инфарктов на третьем месте. К сожалению, и в Беларуси тенденций к снижению распространенности этой грозной патологии пока не наблюдается.

Ищем виновников

Первое. Наследственность. Если в вашей семье родственники страдали инфарктом или инсультом, они могут передать предрасположенность к этим болезням и своим детям. У каждого из нас есть ген, определяющий антиоксидантные свойства крови.

Другими словами, способность головного мозга защищаться от нехватки кислорода, объясняет профессор Пономарев.

Для выживания человека этот механизм крайне важен, ведь мозг очень чувствителен к недостатку кислорода — может прожить лишь пять минут без него, после чего начинает погибать.

Если антиоксидантная защита нарушена, то неуклонно возрастает и риск развития транзиторной ишемической атаки. Поэтому, если у вас отягощенная наследственность, то уже с 35—40 лет придется “общаться” со своим здоровьем на “вы” и постоянно наблюдаться у специалистов.

Однако в жизни зачастую все происходит с точностью до наоборот. Большинство пациентов предпочитает игнорировать предупреждения докторов. Как только заболит голова, сразу хватаются за анальгин или пенталгин, даже не пытаясь выяснить причину боли. А ее могут вызвать как повышенное или пониженное артериальное давление, замедление тока крови, так и прединсультное состояние.

Второе. Пожилой и старческий возраст. По оценкам ВОЗ, микроинсультам чаще других подвержены люди старше 75 лет. Чем продолжительнее жизнь человека, тем выше риск транзиторной ишемической атаки (ТИА) и инсульта. Хотя бывают и трагические исключения, когда болезнь бьет по молодым.

Третье. Нарушение режима труда и отдыха. От избыточной физической либо эмоциональной нагрузки здоровью пользы никакой.

Четвертое. Постоянные стрессы. Они способны выбить почву из-под ног даже у стойких оптимистов.

Пятое. Резкие и неожиданные движения. Если человек спит, а у него рядом с ухом вдруг резко зазвонит будильник, то в 40 процентах случаев это заканчивается микроинсультом и даже инсультом, предупреждает Владимир Пономарев. Резкий звук провоцирует спазм сосудов головного мозга, поэтому держите будильник подальше от головы.

 Совет специалистаКакие исследования помогут выяснить, не грозит ли вам микроинсульт?В первую очередь надо исследовать проходимость сосудистой системы головного мозга. С этой целью обычно выполняются ультразвуковая допплерография и цветной картированный допплер.Есть также дополнительные методы исследования — МР-ангиография, или магнито-резонансная ангиография, либо КТ-ангиография, при которой пациенту внутривенно вводится контрастное вещество.При МР-ангиографии компьютер самостоятельно виртуально выстраивает сосудистую систему и показывает ее на экране монитора, а при КТ-ангиографии видна реальная картина — разрыв сосуда, тромбоз, расширение стенки сосуда, или аневризма, и т. д.Не следует для оценки мозговой гемодинамики ориентироваться на результаты реоэнцефалографии (РЭГ). Значимость этой “устаревшей” методики часть врачей и пациентов необоснованно переоценивают. Между тем РЭГ косвенно характеризует лишь сиюминутное состояние мозгового кровотока, которое может стать совершенно иным после обычного приседания.Именно поэтому на результаты этой методики нельзя ориентироваться ни с диагностической целью, ни тем более основывать на них выбор лечения.

Важно
Количество ТИА и инсультов зависит не от сезонности, а от колебаний атмосферного давления, поэтому к прогнозам метеорологов следует относиться со всей серьезностью. Как только атмосферное давление падает, количество острых мозговых катастроф растет.

Источник: http://life-after.ru/news/2014-05-25-70

«3 года муж ел с помощью трубки в желудке». Боксер, получивший 22 миллиона долларов после инсульта

Бокс и инсульты

«Маго, что с тобой?!» – вскрикнул тренер российского боксера Джон Джексон, когда тяжеловес свалился на лавочку в парке во время пробежки. Обморок повторился через три дня, и Абдусаламов отправился в поликлинику.

Тесты показали аритмию, доктора рекомендовали отдых и углубленное обследование, но Маго верил в могучее здоровье и не слушал – готовился к бою против кубинца Майка Переса.

В случае победы Магомеду открывалась дорога к схватке за титул чемпиона мира.

Малыш, как называют дагестанца друзья, пришел в классический бокс только в 22 года. До этого сын чемпиона СССР по вольной борьбе Магомедгаджи Абдусаламова профессионально занимался тайским боксом. Кавказец быстро взлетел и заработал статус беспощадного панчера.

К бою против Переса он подошел с показателем 18-0 – в большинстве схваток Маго выносил соперников за канаты к третьему-четвертому раунду. Абдусаламов не обладал навыками защиты, пропускал много ударов и в основном надеялся только на напор и сокрушающие удары.

До боя с кубинцем такая тактика работала, но Перес оказался соперником совершенно другого уровня.

Майк продирался к вершине сквозь джунгли ноунеймов и мешков с похожим бесстрашием и показателями, что и у Маго – 19-0. 10 боев кубинец завершил досрочно, поэтому букмекеры выставили на его рубилово с русским в ноябре 2013-го равные коэффициенты.

На итог боя значительно повлиял первый раунд. Абдусаламов сходу полез в атаку и нарвался на несколько сочных ударов Переса, один из которых сломал Малышу левую скулу.

Несмотря на очевидное повреждение, судья и врачи не остановили бой, а сам дагестанец поступил так же, как и в случае с аритмией – забил и продолжил борьбу.

«Мэдисон Сквер Гарден» рвало на части – публика давно не видела такого открытого махача. Оба боксера рисковали, особенно Маго, раскрывались и искали путь к победе в атаке.

Чаще инициативой владел дагестанец, а кубинец круто защищался и остро контратаковал: в восьмом раунде он сломал Малышу нос и окончательно превратил лицо соперника в отбивную.

Бой не остановили и здесь, и Абдусаламов сражался до последнего раунда. Судьи отдали кубинцу победу, закономерность которой Маго признал.

На пресс-конференции проигравший боксер пожаловался головную боль. Но вместо больницы Маго послали на неврологический тест Кинга-Девика, который он прошел с трудом.

Обезвоженный Абдусаламов в течение получаса сдавал анализ мочи, который выявил в ней содержание крови.

Боксеру становилось все хуже, а руководитель медицинской службы спорткомплекса не предоставил скорую помощь и посоветовал поймать такси, сославшись на спешку из-за центрального боя вечера.

К тому моменту Магомед находился в полубессознательном состоянии и с трудом передвигался. Такси приехало только через 20 минут, в машине боксера вырвало, он несколько раз потерял сознание.

Маго доставили в медицинский центр имени Рузвельта, но санитары приемного отделения потребовали позвонить 911, чтобы попасть на прием вне очереди. Боксера зарегистрировали только через 35 минут после приезда.

Обследование выявило у него тромб в правом полушарии – хирурги сделали трепанацию черепа и удалили сгусток крови, но было уже поздно. Случился инсульт. У Абдусаламова отняло правую часть тела, из-за критического состояния его ввели в искусственную кому.

Маго выжил только благодаря богатырскому здоровью, но последствия травмы навсегда приковали его к инвалидному креслу. Друзья боксера уверены, что он давно бы умер, не таскай его из больницы в больницу жена Баканай. Женщина посвятила жизнь восстановлению мужа и надеется однажды поставить его на ноги вопреки неблагоприятным прогнозам врачей.

Супруга боксера призналась, что в 2016-м Магомед почувствовал себя лучше и к нему частично вернулась речь. «Он очень тихо говорит. Окружающие не слышат, а я его понимаю, привыкла. Кушать мы начали совсем недавно, а до этого у него была трубочка в желудке, ему наливали туда жидкую еду. Пить он тоже не мог», – рада прогрессу сильная женщина.

За бой с Пересом боксер заработал 40 тысяч долларов, тогда как на реабилитацию уже ушло около миллиона. Семья Абдусаламова благодарна за помощь русским и зарубежным спортсменам, которые оплатили лечение.

Вскоре после боя отец боксера подал в суд, обвинив Атлетическую комиссию Нью-Йорка в халатности – Абдусаламова вовремя не обследовали и оперативно не обеспечили транспорт в больницу.

Спустя три года штат Нью-Йорк выплатил семье боксера 22 миллиона долларов компенсации – это крупнейшая подобная выплата в истории США.

В трагической истории Абдусаламова виноваты судьи, медики и сам спортсмен, который игнорировал проблемы с сердцем и надеялся на железное здоровье. Деньги помогут изможденной семье Маго, но не сделают счастливее. Позитивный момент у трагедии один – после решения суда правительство Нью-Йорка ввело обязательное страхование каждого бойца на 1 миллион долларов на случай повреждений головы.

Другие истории Руслана Хрипуна о боксе:

«За ничью я бы отправился в крематорий». Боксер, дравшийся за жизнь в Аушвице

«Я ширялся каждый день и жил в бомжатнике». Боксер-наркоман, ставший пятикратным чемпионом мира

Фейсбук очень спортивен и приятен

Источник: https://www.eurosport.ru/boxing/story_sto6354065.shtml

Про Инсульт
Добавить комментарий